Весной 2018 года в Париже прошла презентация, посвященная творчеству Зураба Церетели, грузино-российского скульптора и художника, президента Российской академии художеств. Выставка, дополненная программой мастер-классов для детей, предоставила французской публике редкую возможность познакомиться с произведениями, созданными за несколько десятилетий. Эта хроника предлагает редакторский взгляд на это художественное присутствие, на представленные работы и на место, которое Церетели занимает сегодня в современном российском искусстве.
Возвращение к этой выставке, спустя почти восемь лет после ее открытия, позволяет рассмотреть ее в более длительной перспективе: как часть пути художника, который прошел более полувека российской культурной истории, начиная с последних лет советского периода и до современной глобализированной сцены. Парижская ретроспектива стала частью серии мероприятий, посвященных монументальным фигурам русского искусства в Европе, в продолжение знаковых русских выставок во Франции на протяжении XX и XXI веков.
Русский монументалист в Париже
Родившийся в 1934 году в Тбилиси, тогда еще советской Грузии, Зураб Церетели вырос в городе, где художественная традиция формировалась на пересечении кавказских, византийских и русских влияний. Обучаясь в Тбилисской академии художеств в 1950-х годах, он сначала был художником и графиком, прежде чем расширить свою практику до скульптуры, эмали, мозаики и гобелена. Эта многогранность, постоянная на протяжении всей его карьеры, является одной из ключей к пониманию его творчества.
С 1960-х годов Церетели сблизился с московскими культурными кругами и работал над несколькими крупными государственными проектами в Советском Союзе. Он участвовал в оформлении официальных зданий, курортов, олимпийских комплексов — в частности, для Игр 1980 года в Москве. Это знакомство с монументальным масштабом, смешанное с яркой чувствительностью, унаследованной от грузинской живописи, сформировало его пластический язык.
В 1997 году Зураб Церетели стал президентом Российской академии художеств, института, наследующего бывшей Императорской академии, основанной в XVIII веке. Эта роль позволила ему играть двойную роль: активного художника с обильным производством и живого института русского искусства, ответственного за обучение следующих поколений и политику сохранения академического наследия.
Путь между Тбилиси и Москвой
Фигура Церетели неразрывно связана с грузинскими корнями, которые проявляются в его творчестве: теплые цвета, сюжеты, заимствованные из кавказской православной традиции, иконографические отсылки к грузинской религиозной живописи. В то же время его карьера в основном развивалась в Москве, где он основал и руководит Московским музеем современного искусства, открытым в 1999 году, и где находятся несколько его самых известных публичных произведений, включая монументального Петра Великого на Москве-реке. Это двойное укоренение между двумя столицами питало творчество, часто воспринимаемое как мост между различными пластическими традициями.
Парижская выставка: произведения и маршрут
Парижская презентация 2018 года собрала произведения, охватывающие несколько десятилетий творчества: бронзовые скульптуры среднего формата, крупноформатные масляные картины, графические работы, рельефы и небольшие ювелирные изделия. Маршрут был задуман как некронологическое путешествие, начиная с портретов и натюрмортов и переходя к более амбициозным бронзам.
Среди представленных произведений были:
- Портреты близких художника
- Аллегорические фигуры
- Этюды для общественных памятников
- Сцены повседневной жизни
- Макеты исследований (поиск объема и патинирования)
Это разнообразие позволило увидеть разнообразие регистров, в которых работал Церетели, далеко от ограничения только монументальной скульптурой. Кураторы также решили показать несколько макетов исследований, документов, которые освещали методы работы художника, в частности его исследования объема и патинирования.
Экспозиция уделяла особое внимание диалогам между живописью и скульптурой. Полотна были размещены рядом с бронзами с теми же мотивами, что позволяло посетителю уловить циркуляцию между носителями в творческом процессе художника. Таблички, написанные на французском и русском языках, помещали каждое произведение в его биографический и исторический контекст, одновременно указывая на место Церетели в русской живописи и скульптуре второй половины XX века.
Сценография и атмосфера
Запомнить. Сценография 2018 года делала ставку на теплый свет и сдержанные стены, чтобы подчеркнуть патину бронзы и густую материю масел. Внушительные скульптуры занимали центр залов; интимные работы (рисунки, небольшие рельефы) были сгруппированы в боковых кабинетах.
Сценография делала ставку на теплый свет и сдержанные стены, которые подчеркивали патину бронзы и густую материю масел. Самые внушительные скульптуры занимали центр залов, в то время как более интимные работы — рисунки, небольшие рельефы — были сгруппированы в боковых кабинетах, способствующих близкому созерцанию. Эта иерархия устройства позволяла чередовать режимы внимания, от зрелищного до конфиденциального.
Скульптура Церетели: между монументальностью и лиризмом
Скульптура Зураба Церетели находится на пересечении двух традиций. С одной стороны, это большая гражданская статуя России и Советского Союза, унаследованная от XIX века и обновленная в сталинскую и постсталинскую эпохи; с другой стороны, это лирическая и выразительная чувствительность, ближе к грузинскому и средиземноморскому наследию, с его округлыми фигурами, цветами и мягкими моделями.
Бронза — его любимый материал. Художник работает с разнообразными патинами — коричневыми, зелеными, золотыми — которые придают произведениям тактильное и вибрационное присутствие. Объемы, часто широкие, предпочитают полноту углам. Темы варьируются от индивидуального портрета до исторической аллегории, включая религиозные и мифологические сцены. В нескольких произведениях Церетели признает родство с традицией Родена и Бурделя, о чем он заявлял в своих интервью. Эта французская линия, редко подчеркиваемая, предоставляет полезное освещение для парижской публики, внимательной к истории европейской скульптуры.
Монументальные произведения Церетели, открытые в различных столицах, иногда вызывали дебаты в странах, где они были установлены — по поводу их масштаба, эстетики или отношения к городскому пейзажу. Эти споры, которые регулярно сопровождают крупное общественное искусство, являются неотъемлемой частью восприятия его творчества и породили обширную критическую литературу. Современная русская живопись глубоко документирована Art Russe, который предлагает редакционные ресурсы о активных фигурах современной сцены.
Мастер-классы для детей: передача семейной аудитории
Парижская выставка 2018 года сопровождалась программой мастер-классов для юной аудитории, которая стала одним из самых заметных аспектов мероприятия. Эти сеансы, проводимые несколько раз в неделю, принимали группы детей в возрасте от шести до двенадцати лет для активного знакомства с творчеством Церетели. Каждый мастер-класс включал три этапа: адаптированную экскурсию с комментариями, демонстрацию техники художественным медиатором, а затем практическое занятие, где дети сами создавали небольшую пластическую работу.
Темы, рассматриваемые на этих мастер-классах, повторяли центральные мотивы представленного творчества: портрет, животное, аллегорическая фигура, цвет и рельеф. Дети работали с глиной, бумагой и красками под руководством специалистов по культурной медиации. Целью было не создание копии произведений Церетели, а проживание, на уровне ребенка, части жестов скульптора и художника: моделирование, патинирование, наложение цветов, создание формы.
Эта педагогическая составляющая является частью традиции, присущей российским художественным институтам, где обучение юной аудитории часто связано с крупными выставками. Она также соответствует обычным практикам во французских музеях, где предложение для юной аудитории значительно развилось с 1990-х годов. Парижские мастер-классы 2018 года собрали несколько сотен детей за весь период выставки, значительная часть которых пришла с школьными группами.
Педагогика через материал
В подходе, заявленном командой медиаторов, приоритет отдавался сенсорному опыту: манипулировать, трогать, видеть вблизи, а не получать теоретическую лекцию. Эта педагогика, иногда называемая «педагогикой через материал», направлена на введение ребенка в логику художественного жеста. Она хорошо сочетается с творчеством Церетели, чья очень заметная фактура — как в живописи, так и в скульптуре — делает видимыми следы инструмента и руки.
Художник на протяжении времени: место Церетели в современном российском искусстве
Определение места Зураба Церетели в современном российском искусстве предполагает учет двойного движения. С одной стороны, он принадлежит к поколению, которое обеспечило преемственность крупных художественных институтов между концом советского периода и постсоветской Россией, сохраняя академии, музеи и мастерские. С другой стороны, его личное творчество, очень кодированное, отличается от концептуальных и постмодернистских течений, доминировавших на части российской сцены 1990-х и 2000-х годов.
Его позиция как президента Российской академии художеств с 1997 года дала ему роль посредника, одновременно гаранта академической традиции и собеседника международных сцен. Передвижные выставки его работ, в Европе и за ее пределами, способствовали знакомству с частью недавнего российского пластического наследия у публики, которая в противном случае имела бы мало возможностей с ним познакомиться. Эта культурная амбассадорская роль, которую художник взял на себя, является неотъемлемой частью восприятия его творчества и подпитывает критические обсуждения, которые оно вызывает.
В перспективе истории современной российской скульптуры Церетели занимает особое место: художника, который сохранил явную приверженность гражданскому монументу в то время, когда большинство скульпторов его поколения отказались от этого жанра в пользу более интимных или концептуальных форм. Эта позиция, иногда воспринимаемая как анахроничная современной критикой, тем не менее является ценным элементом для понимания дебатов, которые сегодня проходят на российской сцене вокруг памяти, наследия и общественного заказа. Портреты русских художников во Франции предлагают несколько дополнительных взглядов на эти пути.
Парижская выставка 2018 года вписывалась в более широкую последовательность русских презентаций в Париже, хронология которых прослеживается в панораме прошедших русских выставок. Возвращение к этому событию позволяет, спустя почти восемь лет, оценить его вклад: показать художника, который, по-своему, воплощает часть текущих напряжений в российском творчестве — между академическим наследием и личным поиском, между монументом и интимностью, между публичной фигурой и жестом мастерской. Присутствие Зураба Церетели в Париже, обновляемое на протяжении десятилетий, свидетельствует о диалоге, который, несмотря на обстоятельства, никогда полностью не прекращался между российской художественной сценой и французской публикой.
Церетели во Франции с 2018 года: постоянное присутствие
С момента парижской выставки 2018 года присутствие Зураба Церетели во Франции не исчезло с культурных радаров, хотя оно приняло менее институционализированные формы. Несколько парижских галерей, специализирующихся на русском искусстве, представили работы художника или публикации о нем, позволяя коллекционерам и любителям дополнить свои знания о его пути вне крупных монографических выставок.
Контекст 2022 года усложнил туры произведений из российских публичных коллекций, частью которых является Московский музей современного искусства, которым руководит Церетели. Это логистическое и дипломатическое ограничение касается не только его творчества: оно применяется ко всем российским публичным коллекциям, которые больше не могут легко циркулировать в европейских музеях в прежних условиях. Частные инициативы, однако, продолжают функционировать: произведения из частных коллекций и специализированных торговцев циркулировали на ярмарках и в парижских галереях.
Котировка художника на вторичном европейском рынке остается стабильной для средних форматов — бронз, масляных картин среднего размера — оставаясь недоступной для широкой публики для крупных произведений. Несколько парижских аукционных домов продали произведения художника за последние пять лет, подтверждая интерес со стороны коллекционеров, который не ослабевает, несмотря на геополитические напряжения.
Контекст русского искусства во Франции после 2022 года: необходимая переоценка
Вопрос о восприятии русского искусства во Франции с 2022 года касается гораздо большего, чем Церетели. Он затрагивает всю культурную программу музеев, галерей и фестивалей, которые уделяли значительное внимание русской культуре в своей программе. Несколько учреждений решили, в первую очередь, приостановить свои партнерства с официальными российскими структурами. Другие, напротив, усилили свою программу, посвященную русским художникам в изгнании или в оппозиции, тем самым утверждая различие между культурой и государством.
Это различие — между живой и многогранной русской культурой и официальной культурной политикой российского государства — именно то, что защищает редакционная линия этого журнала с момента его запуска. Независимые российские культурные учреждения, присутствующие во Франции, художники, живущие в Париже, слависты-исследователи: все они свидетельствуют о русскоязычной культурной жизни во Франции, которая не совпадает с официальной политикой. Творчество Церетели, чья карьера тесно связана с официальными российскими учреждениями, по-своему иллюстрирует сложность этих интерпретаций.
Для французских посетителей, желающих продолжать открывать современное русское искусство вне российских институциональных кругов, современные русские художники, присутствующие во Франции предлагают более репрезентативную панораму текущего разнообразия российского творчества.
Редакция